Плотники Заонежья

Ю.М.Наумов (Петрозаводск)

О МАСТЕРАХ-ПЛОТНИКАХ И СУДОСТРОИТЕЛЯХ ЗАОНЕЖЬЯ И КАРЕЛЬСКОГО ПОМОРЬЯ

Предлагаемая работа ставит своей задачей представить информацию о конкретных мастерах второй половины ХХ в., проживавших в Заонежье и Карельском Поморье. Данный материал подготовлен на основе наблюдений автора, сделанных в течении 25 лет совместной работы с мастерами плотниками и судостроителями.

Научные экспедиции XIX-ХХ вв. собрали богатый материал, который зафиксировал достижения ремесел и промыслов. Однако, имена и фамилии мастеров упоминаются крайне редко. Личность творца материальной культуры не интересовала собирателей. В задачи исследований входило описание ремесел, мастера воспринимались как рядовые представители традиции. Специалистов прежде всего интересовали достижения в традиционных ремеслах, а не личность конкретного носителя материальной культуры, знакомство с которым предполагало обобщение результатов его деятельности за длительный период творчества.

Раскрытие роли мастера в традиционных ремеслах требует комплексного подхода. На основе имеющейся информации сделаем попытку показать его роль в организации работ, сохранении и развитии традиций и обучении ремеслу.

Формирование мастера, его учеба происходили по традиционной для народных ремесел последовательности: ученик – подмастерье – мастеровой – мастер первой руки – Мастер – Творец. Начиная помогать деду, отцу или близким родственникам, мальчик приобретал навыки и получал советы старших. Как правило, полученные опыт и навыки, не подвергались критике. Авторитет учителей был велик, полученные знания закреплялись в дельнейшей практике и использовались всю жизнь. Мастеровой средней руки до глубокой старости работал «как знает», «как старики говорили (делали)". Полученные от старших навыки закреплялись работой в артели, где учил и воспитывал коллектив. Через несколько лет наступало время, когда способности и характер личности превращали подмастерье в самостоятельно работающего ремесленника, который или оставался исполнителем, или становился мастером первой руки – организатором строительства известных типов построек: как домов, так и судов.

Из мастеров первой руки в артели всегда выделялся голова – «артель без вожака, что топор без держака» – а среди вожаков-профессионалов появлялись мастера-творцы, наделенные талантом развивать полученный опыт и создавать то, чего до него не было.

В книге В. Опарина приводится рассказ потомственного плотника П. И. Курмина из дер. Думино Архангельской области: «…среди хлебопашцев были всякие умельцы… А церковных дел мастер был и столяр, и плотник, и инженер, и художник в одном лице. И хлеба не пахал. Таким был дед мой, А. П. Морозов… Сочинял он строение из головы, но по-старинному облику. Потом мужики обсуждали… Но в одном мастер был полный царь: в выборе места строения…»001.

Много факторов должен был учесть мастер в выборе места, размеров и внешнего вида строения. Все это обсуждалось миром со взаимным уважением. После решения вопросов материального порядка мастер приступал к творчеству, которое больше всего имело возможностей в храмовом строительстве.

Из народных легенд видно, что работа мастера – это показатель верхнего предела в ремесле, которое уже переходит в творчество. Это подразумевает большую духовную составляющую труда. Легенда о строении Преображенской церкви на острове Кижи приписывает авторство Нестору, который построил храм и выбросил свой топор в воды Онежского озера со словами: «Нет, не было и не будет такой церкви». В этой фразе заключается самоотдача мастера – он вложил в строительство все свои силы, весь ум и всю душу. Подобная легенда записана в середине XIX века С. Максимовым в селе Кола. Безымянный мастер, известный строительством многих церквей по Поморью, после постройки восемнадцатиглавой церкви выбросил свой топор в реку Тулому сказав собравшемуся народу: «Не было на свете такого мастера и не будет», после чего он уже «не брал топора в руки». Интересно, что в этой легенде сохранились слова мастера: «Я-де Богу работаю, мзды большой приемлю, только без денег домой не пущайте», и признание народа «Божья мол над тобой милость святая. Все как быть надо», в благодарность «в шапку покидали денег много»002.

В связи с этим, интересно еще раз обратиться к строительству Преображенской церкви на о.Кижи (1714г.). Пользуясь известными сведениями о сроках строительства и сравнительным анализом художественных и конструктивно-композиционных решений с Покровской церковью в с. Анхимово (Вытегорский р-н) (1708г.) можно сделать вывод об одном мастере – создателе этих двух шедевров традиционной деревянной архитектуры Русского Севера. Воплощенная им в Покровской церкви-предшественнице, идея многоглавого храма, позволила увидеть задуманное, почувствовать и проанализировать увиденное и создать образ совершенный и законченный, который и был воплощен в Преображенской церкви на о.Кижи003.

Анализируя традиции обучения ремеслу и формирования мастеров можно сделать вывод, что на каждом этапе своего становления, мастер имел определенный уровень знаний и опыта, в соответствии с которым брался за заказы и решал задачи разной сложности. Но на любом этапе Мастер был организатором работ артели и автором проекта.

В середине XX века в связи с развитием реставрационных работ появилась потребность в мастерах-плотниках традиционной школы, которых ещ¨ было не мало в послевоенный период. Архитектором А.В.Ополовниковым, который был автором проекта и руководителем реставрации ансамбля Кижского погоста, в 1948 г. на о.Кижи была создана первая бригада из местных мастеров-плотников. В нее вошли М.К.Мышев, Б.Ф.Елупов, Ф.К.Елизаров, Н.П.Федосов, Н.И.Мотов, К.П.Клинов. Все они родились в кижской округе, учились в артелях у стариков, о которых всегда рассказывали с большим уважением.

Возглавил артель М.К.Мышев (п.Соломенное), который пользовался авторитетом самого опытного специалиста и мудрого человека. Его правой рукой стал молодой и энергичный Б.Ф.Елупов (д.Ерснево). Опыт, умение и физическая сила помогали ему организовать и выполнять то, что уже не по силам было М.К.Мышеву. Мастер В.П.Клинов (д.Клиново) до самой смерти работал плотником-реставратором в музее, обучал и консультировал молодых реставраторов. Более молодые по возрасту братья А.И. и Н.И. Степановы (д.Посад, Волкостров) всю жизнь проработали на реставрации и перевозке памятников музея. Оба они не только плотничали, но и с детства шили лодки. Больше двадцати лет проработал реставратором на о.Кижи самый известный из оставшихся в живых плотников – Н.Ф.Вересов (д.Еглово). Его уважали даже старшие по возрасту плотники за ум, добросовестность, честность, мастерство и знания. Он также строил лодки и выполнял любые столярные работы.

Не смотря на изменения в технологии и организации строительства, в наше время в деревнях также ремонтируют старые и строят новые дома из круглого леса. Этими работами занимаются, как правило, известные в округе бригады постоянного состава. Сохраняется принцип традиционной артели – формирует бригаду и руководит работами лучший мастер. Примером может быть бригада Степановых в Кижах, которой руководит младший из братьев Ю.А.Степанов. В бригаде 5-6 чел., постоянное ядро Степанов И.А., Степанов В.Н. (д.Посад, Волкостров), Аникин А. (д.Ямка). С детства все работали с родителями, затем — в Карельских реставрационных мастерских, где получили большой практический опыт, а Ю.А.Степанов стал бригадиром. Работать им доводилось не только в Карелии и Мурманской области, но и за рубежом — в Греции и в Англии. У себя на родине бригада получает заказы от соседей на плотницкие ремонтные и строительные работы. Плотник-строитель – это их основная работа, хотя по традиции они помогают родным на огородах и рыбачат.

С развитием в нашей стране реставрационной практики, кроме традиционного обучения в бригаде, плотники обучались на курсах и в училищах, а некоторые специалисты самостоятельно изучали и возрождали забытые традиции и технологии. Интересен опыт московского архитектора-реставратора А.В.Попова, который не только разрабатывает проект реставрации памятника и руководит работами, но и сам занимается плотницким делом. Изучая деревянное зодчество, он пришел к пониманию того, что технология XIX-ХХ вв. отличается от технологии обработки дерева XVIII и более ранних веков в первую очередь применяемым инструментом. А.В.Попов сам освоил кузнечное ремесло, по старым образцам сделал новый инструмент и воссоздал исчезнувшие способы рубки и тески. С 1985 года его артель выполняет реставрационные работы на удаленных памятниках Архангельской области – церквях в Верхней Уфтюге и Неноксе. Применяется метод полной перекатки, переборки и восстановления больших и сложных срубов. Работа ведется годами и начинается с выбора и заготовки в лесу деревьев. Бригада реставраторов, во главе которой стоит сам А.В.Попов, организована по принципу традиционной артели. Своих плотников А.В.Попов сам принимал и увольнял, учил и проверял, рассчитывал зарплату и управлял работой. Хотя некоторые подходы А.В.Попова (в частности по реставрации Преображенской церкви в Кижах) оспариваются специалистами, бесспорно то, что возрождены старая технология обработки дерева и плотницкая артель, способная работать на больших памятниках004.

Традиционное судостроение в России, как и плотницкое ремесло существовало «испокон веков». Громадные пространства были освоены с помощью построенного речного и морского флота. Со времен Петра I деревянное судостроение в России стало развиваться с учетом передового европейского опыта. Появились государственные верфи и учебные заведения. Но традиционная судостроительная культура продолжала существовать, остатки ее мы можем встретить и в наше время. Лучше всего она сохранилась в бывших центрах судостроения на Белом море, Онежском и Ладожском озерах, а также ряде небольших озер, где лодка является самым распространенным видом транспорта (Сямозеро, Водлозеро, озера Чудское и Ильмень).

В книге Н.Я.Озерецковского упоминается о двух центрах судостроения. В районе бывшей Петровской Олонецкой верфи – в дер. Князева на реке Свирь у Лодейного Поля, крестьяне по подрядам строят «галионы» (7-8 штук за зиму) 50-60 футов. На Онежском озере в устьях реки Мегра и реки Ошта также строят «галионы»005.

К традиционным центрам судостроения относятся Заонежье в целом и Кижская волость с лодками-«кижанками», а так же Водлозеро, где строились «водлозерки» и Сямозеро, с интересными карельскими лодками. На Белом море в каждом селе строились традиционные «карбасы» разной величины и грузовые суда морского хода; раньшины, лодьи, кочмары.

С. Максимов пишет: «В Подужемье (недалеко от г.Кемь) живут карелы, которые всему Архангельскому берегу известны, как лучшие мастера крупных морских судов, не имеющих никакого изъяну, … работа их в чести и славе даже у англичан и немцев»006. Интересное описание особенностей работы судостроителей традиционной поморской школы оставил в своей книге П. Богословский: «Любопытно смотреть на этих самоучек…, о чертежах и разбивке они конечно не имеют никакого понятия, о вычислениях и подавно; на его подели видите только сажень, разделенную на аршины и вершки, ватерпас, пилу да топор – вот инструменты, которыми этот смелый строитель прямо на деле решает теоретические вопросы»007. П.Богословский пишет, что заказчик «дает мастеру главные размерения: длину, ширину и глубину, и назначает то количество груза, какое судно поднять должно. Мастер, поразведя умом, закладывает судно и – создает его», руководствуясь «не наукой, а одним практическим навыком,… одним смеканьем дела». Здесь же называется самый известный из строителей «Архангельского уезда крестьянин Василий Хабаров»008.

Позднее в центрах судостроения на Белом море были созданы училища, где поморы изучали теорию и практику судостроения и судовождения. Но в деревнях традиции ремесла были сильны и старые типы судов, наряду с новыми, были в употреблении до 30-х гг. нашего века.

Интересна новейшая история (1930-е-1990-е г.г.) традиционного судостроения исторической Кижской волости. Здесь испокон веков строились т.н. лодки–«кижанки» и соймы. Главным центром судостроения был район Волкостров – о.Еглов – о.Рогачев. Жители окрестных деревень говорят, что свои лодки заказывали у мастеров с Волкострова, а сами волкостровские мастера свидетельствуют, что ни в каких деревнях лодки не шили. К мастерам с Волкострова всегда стояла очередь. Приезжали заказчики со всего Обонежья. Шитье лодок было хорошим приработком к доходам крестьянского хозяйства. Поэтому у каждого в доме была своя мастерская. При появлении большого заказа мастера объединялись в артели.

В 1932г. на о.Волкострове начали строить лодки и мотоботы для рыбаков по заказу Петрозаводской ПРС. По решению властей все деревни этих островов объединились в промколхоз, который просуществовал до образования совхозов в 60-е гг. Были построены большая мастерская площадью более 200 кв. м для шитья лодок, а так же стапель со слипом, оборудованным лебедкой для спуска судов длиной до 20м.

Эта мастерская стала школой обучения ремеслу и местом работы 3-х десятков крестьян из близлежащих деревень. Руководить артелью судостроителей начал старый мастер М.И.Июдин (д.Щепино), а помогал ему Ф.М.Судьин (д.Насоновщина), который был главным судостроителем до ликвидации промколхоза.

Мастер-судостроитель Ф.М.Судьин по общему мнению был лучший из лучших, работал сам, учил других, руководил строительством и читал чертежи. О нем известно, что родился в 1908г. и прошел традиционную школу обучения ремеслам. С детства в семье «все делал и лодки шил». С 15 лет работал в артеле деда Д.Н.Егорьева. Уже через год Ф.М.Судьин получал «полный пай», а в 24 года сам руководил работами на судостроительной верфи. После войны, на Волкострове работал опытный судостроитель из Поморья Воронин, который научил Судьина теории и практике судостроения. С того времени он стал высококвалифицированным мастером, способным не только разбираться в чертежах, но и выполнять их в натуральную величину на плазе и руководить сборкой корпусов больших судов. Умер Ф.М.Судьин в 1975 г., оставив после себя многих учеников. У него прошли школу обучения молодые судостроители Бурков В.Н., Титов А.А., Бурков Ф.Т. – дер.Шуйно; Судьин И.В., Судьин Н.В. – дер.Насоновщина, Степанов А.И., Степанов Д.Н., Степанов Н.И. – дер.Посад; Вересов И.Ф. и Рогачев М.П. – дер.Еглово. Десять человек, получив профессию, работая под руководством Ф.М.Судьина, сохранили древнюю лодку-«кижанку» до наших дней.

В настоящее время известностью в кижской округе пользуется мастер И.Ф.Вересов который сшил за свою жизнь около 200 лодок. Продолжает шить лодки его ученик Ф.Е.Лисицын (д.Посад). В пос.Соломенном живет Б.П.Никитин, который тоже шьет лодки как научил его отец.

На Карельском побережье Белого моря традиционное судостроение практически прекратилось. В г.Кеми, куда переехали все «подужемские карелы», из которых были лучшие мастера, сейчас шьют лодки по заказам. Например, в поморском селе Колежма, местный рыбак И.П.Легкий продолжает строить карбасы. Он учился в детстве шить лодки у отца и других стариков, несколько лет проработал судостроителем на заводе «Авангард». В настоящее время вернулся в родной дом к исконному труду – рыболовству. Вдвоем с сыном строят карбас за две недели, но основным заработком остается рыболовство.

К изучению и сохранению традиций судостроения Русского Севера приходят не только потомственные мастера. С 1978 г. в Петрозаводске группа энтузиастов под руководством В.Л.Дмитриева занимается изучением морской культуры Поморья. Собранный материал позволил начать практическую работу по строительству исчезнувших типов судов. В 1987 г. по проекту В.Л.Дмитриева был построен и спущен на воду поморский коч – промысловое судно для работы в высоких широтах. С этого времени клуб «Полярный Одиссей» каждую зиму строил от 1 до 3 деревянных исторических судов, которые сразу же проходили испытания на традиционных для них водных путях. Было построено более 30 больших и малых судов, большинство из которых были известны только по рисункам и книгам: коч, две поморские ладьи, три боевые ладьи, 5 казацких стругов и 10 лодок, галеас и сойма, карбас и несколько кижанок, поморская шхуна и два фрегата – исторический флот, который дает реальное представление о прошлом российского судостроения.

Таким образом, на основе вышеизложенного можно сделать вывод, что Мастера — плотники и судостроители не только создавали среду обитания и средства передвижения, но и накапливали и сохраняли самые высокие традиции народного знания и умения, передавали свой опыт следующим поколениям. Все мастера вкладывали свою лепту в развитие ремесел, а мастера-творцы на основе знаний и природного чутья — создавали новые традиции. Работа мастеров является эталоном для остальной массы ремесленников. Они являлись носителями высокой культуры и морали, их дела оставались в памяти людей. С исчезновением мастеров исчезают лучшие произведения традиционной культуры народа, теряются старые знания, навыки и технологические приемы.

В современный период без поддержки государства, музеев, без создания специализированных центров традиционные ремесла не сохранить. А если нет традиций — нет и мастеров, и как следствие мы становимся беднее, и материально и духовно, «и рвется нить времен».

Сноски


001 Опарин В. Хождение к Буян-камню. Петрозаводск, 1980.
002 Максимов С. Год на Севере. С-Пб., 1856.
003 См. статью В.А.Гущиной в настоящем сборнике.
004 Принцип артели с единоначалием авторитетного мастера используется так же и в бригаде плотников музея-заповедника "Кижи", которой руководит опытный специалист-реставратор Н.Л.Попов. Бригада состоит в основном из местных плотников: отец и сын Филины С.Н. и А.С. (д.Кургеницы), Штурмин Ф.В. (с.Великая Губа), Филимонов В.В. (д.Васильево).
005 Озерецковский Н. Я. Путешествие по озерам Ладожскому и Онежскому. С-Пб., 1791.
006 Максимов С. Год на Севере. С-Пб., 1856.
007 Богославский П. Купеческое судостроение в России. С-Пб., 1856.
008 Там же.